Антон Борисовец


Введение

После успешного проката фильма Мартина Макдона «Три билборда на границе Эббингтона, Миссури» по всему миру прошли акции протеста с использованием билбордов. На некоторых из них появились плакаты с благодарностью от представителей рекламной индустрии за популяризацию этого средства коммуникации. Конечно, сложно назвать билборд популярным в эпоху цифровых технологий. Но если даже альтернативное использование обычного рекламного щита смогло привлечь к себе столько внимания, что можно сказать о его усовершенствованном аналоге – городском экране? Или, если переформулировать вопрос, что бы делала героиня фильма, желая оставить послание авторитетному жителю города, будь в ее распоряжении не стоящие на окраине рекламные щиты, но расположенные в центре полноценные 4K-экраны с возможностью транслировать на них видеоизображения неограниченной длительности?

Задолго до выхода фильма, в 1982 году, американская художница Дженифер Хольтцер уже проделала схожие манипуляции с первым уличным экраном, установленным на главной площади Нью-Йорка – Таймс Сквер. Она предложила серию провокационных слоганов, транслируемых на «электронном рекламном щите» фирмы Spectacolor. Несмотря на успех художественной акции, вплоть до начала 2000-х мало кто пытался поставить под вопрос функционирование экранов, расположенных в городском пространстве.

2005 год можно назвать переломным: тогда состоялась первая конференция, посвященная экранам в городской среде — «Городские экраны: в поисках потенциала уличных экранов для городских сообществ». Конференция собрала представителей большого количества сфер, от архитекторов, городских планировщиков и художников до медиа-теоретиков и представителей рекламной индустрии. Вместе они пришли к выводу, что с повсеместным распространением уличных экранов их использование не может быть сведено только лишь к трансляции рекламы.

При этом жители, как и представители профессиональных сообществ, за исключением маркетологов, редко обращают внимание на уличные экраны. Они представляются как средоточия коммерциализации, наследуя этот образ от рекламных щитов. Однако, городские экраны являются новой коммуникационной технологией, и должны рассматриваться в совершенно другом контексте. При альтернативном использовании, они могут приносить пользу не только рекламным компаниям, а города могут населять не только потребители, но также активные горожане.

В этой статье я рассмотрю городские экраны и их взаимоотношения с городом: почему их нельзя путать с билбордами? Какие варианты их альтернативного использования есть и насколько реально применить их в Беларуси? С какими проблемами сталкиваются новаторы на этом направлении?

Появление экрана в городском пространстве

Хотя историю медиатехнологий в городе можно было бы вести от изобретения печатного пресса (что и сделал Маршан Маклюэн в своей «Галактике Гуттенберга»), для меня отправной точкой будет телевидение, которое в 1950-х сделало дом основным местом потребления информации. После прихода телевизора в жилище, общественные пространства и городская среда стали интересовать жителей намного меньше. С 1970-х кабельное и спутниковое телевидение начали транслировать не только на национальном, но и на глобальном уровне, что укрепило позицию экрана в приватной сфере. Наряду с усиленной автомобилизацией, это вело к запустению центров городов и разрастанию жилой застройки на окраинах, особенно в США (McQuire, 2009). Американский художник Дэн Грэм предлагал вынести телевизоры из жилищ на улицу, чтобы заставить людей обратить внимание на общественные пространства (Dekker, 2009).

Чтобы это сделать, понадобилось время. Спектаколор-борд, установленный в 1976 году, представлял собой программируемый электрический знак с большим количеством ламп накаливания и показывал только монохромное изображение. Позже, в 1985 году появились CRT (cathode-ray tube) экраны, которые скорее являлись большими скоплениями мини-кинескопов и имели ряд недостатков, таких как высокая стоимость и низкая контрастность изображения. Только в конце 1990-х появились LED (light-emitting diode) экраны, которые хорошо вели себя при дневном свете и легко встраивались в любую поверхность. Такие характеристики как широкий угол обзора, высокая энергоэффективность, хорошая яркость, долговечность и надежность сделали LED наиболее подходящим компонентом для городской инфраструктуры в целом (Cubbit, McQuire 2009).

Дэн Грэм. Видео проекция вне дома 1978Источник: https://bartletty1.wordpress.com/2016/03/17/dan-graham-video-projection-outside-home-1978/

LED-технология сделала городские экраны мировым трендом и позволила задуматься об их использовании за пределами рекламной индустрии. Она также позволила сравнивать не только параметры изображения на разных экранных устройствах (они стали сопоставимы), но и функции, которые стоят «по ту сторону экрана»: качество контента и его диапазон, а с появлением компьютеров и смартфонов — и возможность пользователей управлять контентом и создавать его. Вместе с ними появилась и заинтересованность в общественном пространстве вокруг экранов и в его обитателях. Но с общественным пространством городов также произошли изменения.

Гибридное пространство

Параллельно с развитием экранных технологий, в том числе благодаря их влиянию, изменялось и представление о городском пространстве. В начале 90-х возможность воспроизвести пространство с помощью компьютерных технологий вызвала опасения в том, что общественные пространства исчезнут. Однако они не оправдались.

С появлением мобильных устройств физическое пространство стало дополняться, или «аугментироваться», новыми слоями. Наполненное сотовыми сетями и сигналами GPS, оно стало восприниматься как «непрерывное пространство, которое полностью заполнило физическое и даже расширилось за его пределы» (Manovich, 2006). В городах появилось гибридное (de Souza e Silva, 2006) «новое общественное пространство, где физическое (и локальное) может взаимодействовать с виртуальным (и глобальным)» (Roh, 2009).

Его появление связано не только с технологиями, но и с социальными переменами. Социальная сфера здесь выступает важным звеном, которое определяет и обусловливает развитие технологий (Winston, 1998; McQuire, 2009, 2018). Именно в таком контексте экраны могут стать инструментом решения проблем, характерных для традиционных общественных пространств городов, в то время как используемые обычным образом они их только добавляют.

К новому поколению экранов

В городской среде находится гораздо большее количество экранов помимо электронных билбордов: медиафасады, экраны в городском транспорте, на остановках, на станциях метрополитена, экраны смартфонов и планшетов. При том экраны мобильных телефонов, хоть и находятся в общественном пространстве, позволяют их пользователям взаимодействовать только с приватной жизнью. Таким образом, общественное пространство состоит из множества «мобильных пузырей», которые не могут прорваться наружу. Вместе с таргетированной рекламой это только способствует приватизации городской среды.

Городские экраны отличаются от экранов в «черных и белых кубах» кинотеатров и художественных галерей, куда публика приходит с определенной целью. У потенциальной публики уличных экранов не может быть вопроса «идти на мероприятие или нет». (Roh, 2009).

Таким образом, экраны, которые я рассматриваю в данной статье, не только направлены на функции, отличные от трансляции рекламы, но находятся у всех на виду и тем самым подразумевают охват максимально широкой аудитории.

Уличные крупноформатные экраны и экраны в общественном транспорте вполне вписываются в это определение, но больше всего меня интересуют городские экраны второго поколения, которые изначально предназначены не для коммерческого использования (McQuire, 2018). Их основными характеристиками можно считать:
1. Ориентированность не на оживленные транспортные магистрали, а на пешеходные зоны.
2. Расположение на небольшой высоте для удобного просмотра.
3. Трансляция разнообразного контента, посвященного культуре, а также, прямые эфиры различных событий.

Важным параметром для экрана второго поколения является степень интегрированности в городскую среду. Когда экран не рассчитан лишь на транзитные потоки людей, к общественному пространству вокруг предъявляются качественно другие требования.
На данный момент с полной уверенностью можно назвать два места, где экраны второго поколения прошли проверку временем. Это экран на Площади Федерации в Мельбурне и «среда из экранов» на Таймс Сквер в Нью-Йорке. В обоих случаях экраны обслуживаются управляющими компаниями и в полном смысле являются «электронными агорами», по разнообразию предлагаемых активностей выступая прямым продолжением площадей, на которых расположены.

Интегрированный в общественное пространство экран на площади Федерации в Мельбурне во время чемпионата мира «Формулы-1». 2019Источник: https://www.speedcafe.com/2019/03/14/gallery-formula-1-season-launch-in-melbourne/?image=5

Альтернативное использование

Новое поколение экранов не так часто можно встретить на улицах города, но уже сейчас набралось немалое количество проектов по нерекламному использованию обоих поколений технологии. Можно выделить три основные группы таких проектов:
1. трансляции событий в режиме реального времени в разных точках города одновременно, что может создавать новые поводы для использования общественных пространств и новые социальные практики (например, увеселения, выражения солидарности или коммеморации) в них;
2. трансляция художественного контента, или использование экранов как арт-площадок, призванное расширить аудиторию художественных галерей и популяризировать видео-арт среди горожан;
3. использование экранов в виде интерактивных платформ, которое позволяет горожанам непосредственно участвовать в формировании общественного пространства.

Прямые трансляции спортивных событий на экранах в специально созданных фан-зонах уже стали нормой при проведении крупных чемпионатов в разных городах мира. Главное изменение, которое привнесли городские экраны – то, что трансляция перестала восприниматься как что-то второстепенное по отношению к основному событию. Маккуайр предложил называть одновременные публичные трансляции в разных точках города городскими медиасобытиями (McQuire, 2018). Экран в этом случае помогает активизировать общественное пространство: люди общаются и вместе проводят время, а не только наблюдают за происходящим на экране.

Яркий пример проекта, созданного специально для «городских медиасобытий» – BBC Big Screen, который перерос в более масштабный проект для Лондонского Комитета по Олимпийским играм (LOCOG). Специально к летней олимпиаде 2012 года в Лондоне предполагалось установить большое количество экранов. Несмотря на то, что экраны были предназначены для трансляций олимпийских игр, еще на этапе разработки была продумана программа для их дальнейшего использования. Кроме спортивных трансляций, проект предполагал размещение другого некоммерческого контента – от художественного до новостных материалов BBC. В процессе подготовки оказалось, что к данному событию хотят подключиться и другие города. Так проект расширился, а городам была предоставлена возможность транслировать локальный контент. Однако, после проведения олимпийских игр экраны отдали во владение местным управляющим компаниям, после чего большинство из них перестало функционировать (McQuire, 2009; 2018).

Трансляция чемпионата Уимблдон на одном из оставшихся экранов BBC в Плимуте, 2018.Источник: https://www.visitplymouth.co.uk/whats-on/wimbledon-on-the-big-screen-p1990433

Конечно, формат медиасобытия имеет свои ограничения и не позволяет жителям города напрямую участвовать в городской жизни. Однако, есть и исключения: так, во время австралийского Дня Покаяния все зрители на Площади Федерации в Мельбурне отвернулись от экрана в знак протеста против политики ассимиляции аборигенов, за которую агитировали на экране (McQuire, 2018).

Наиболее многочисленны проекты с художественным контентом, созданные в рамках фестивалей, посвященным городским экранам и видеоизображениям в городской среде (Media Facade Festival, Connecting Cities, Contemporary Art Screen Zuidas).

Классический пример трансляции художественного контента на рекламном экране – проект Creative Time 59th minute (2000 – 2006). На экране Panasonic, установленном на Таймс-сквер в Лондоне, для демонстрации видео-работ выделялась одна минута в конце каждого часа. Художникам была дана возможность продемонстрировать свои работы в самом оживленном общественном пространстве мира, предоставив горожанам моменты для рефлексии. C 2012 года этот проект перешёл в расширенную версию под названием Midnight Moment и стал крупнейшей в мире цифровой художественной выставкой, которая показывает работы одновременно на всех экранах площади Таймс-сквер.

Выставка Midnight Moments, проект Pink_Para_1stchoice от Петры Кортрайт. 2019Источник: https://www.timessquarenyc.org/whats-happening/may-midnight-moment-pink-para-1stchoice

Подобный показ работ происходил в Екатеринбурге на фестивале OutVideo (2005 – 2007). В городе в течение месяца ежедневно транслировались 160 видеоработ. В ходе проекта куратор Арсений Сергеев показал владельцам электронных билбордов, что благодаря художественному контенту люди станут обращать на уличные экраны больше внимания. Таким образом фестиваль стал результатом взаимодействия художников и рекламных компаний.

Об интерактивном режиме использования я бы хотел рассказать подробнее по нескольким причинам. Во-первых, при реализации он позволяет получить представление о состоянии общественных пространств города. Во-вторых, в большинстве случаев такой режим не требует разработки многолетних стратегий по использованию и курированию контента. В-третьих, он создает ситуации, в которых жители города могут непосредственно участвовать в формировании общественных пространств.

В большинстве случаев для интерактивного использования экранов применяются художественные инсталляции. В отличие от трансляции художественного контента, такие проекты повышают «осведомленность участника о его/ее отношениях с другими в общественном пространстве в интерактивной форме, так как если бы он/она находилась в сообществе» (Bounegru, 2009).

Различные проекты предполагают один или несколько видов взаимодействия людей с экранами, таких как:
· непосредственное взаимодействие с экраном в общественном пространстве;
· взаимодействие с помощью городских экранов, расположенных в разных городах;
· взаимодействие с городской средой посредством различных экранных платформ.

В проекте SENSOR (2005), который транслировался на медиафасаде SPOTS, интенсивность звука, света, движений людей и автомобилей на прилегающей площади через систему обратной связи конвертировалась в волны света, двигающиеся под разными углами. Фасад выступал зеркалом, которое отражает активность горожан на площади в виде абстрактных световых фигур. Жители города могли участвовать в визуальном формировании городской среды, не совершая каких-либо дополнительных действий.

Проект SENSOR на экране SPOTS.Источник: https://realities-united.com/

Схожий принцип применялся в исследовательском проекте Vote As You Go (2014 – 2015), где жители имели возможность движениями своего тела перед уличным экраном голосовать за или против высказываний, посвященных городской среде. После голосования участникам на экране показывали общую статистику. Так они могли видеть свой вклад в формирование совместного с другими горожанами представления об общественных пространствах.

Проект Vote as You Go. Сидней. 2015Источник: https://vimeo.com/136785597

Hello (Мельбурн, Сеул; 2011) — проект, направленный на взаимодействие людей посредством уличных экранов, расположенных в разных локациях. Главной идеей проекта было предоставить опыт межкультурной коммуникации в общественном пространстве участникам из Мельбурна и Сеула через танцевальную игру. Участники по очереди учили друг друга элементам специально придуманного для мероприятия танца, затем выполняли движения вместе, после чего передавали опыт другим участникам. Интернет-платформой для связи был выбран Skype.

Схожие проекты, Telescope (Нью-Йорк, Лондон; 2008) и Hole in the Earth (Роттердам, Байду; 2003) уже использовали идею объединения людей в общественных пространствах разных городов через трансляцию в реальном времени. В Hello отличалась форма коммуникации. Так как участники проекта говорили на разных языках, для общения был выбран язык движений. Это позволило незнакомцам, которые находились в общественных пространствах городов с разной культурой, почувствовать эмоциональную близость.

Схема функционирования проекта Hello. 2011Источник: https://wayback.archive-it.org/3574/20140411050145/http:/spatialaesthetics.unimelb.edu.au/events/event/hello/

Примером кроссплатформенного проекта, или проекта, созданного в «среде гибридных интерфейсов», можно назвать проект egoscope (2002). Публике предлагалось поучаствовать в составлении антибиографии персонажа, живущего на границах между искусством, рекламой и информацией, через «картографирование существа […], которое нельзя распознать ни в одном из пространств, кроме пространства телекоммуникации» (Beiguelman, 2006).

Пользователям предлагалось ответить на ряд вопросов, отправив ссылку на выбранный ими сайт. Информация со страниц этих сайтов автоматически конвертировалась в видеоформат и транслировалась на два электронных билборда, расположенных на оживленных магистралях в Сан-Паоло. Трансляция в городском пространстве записывалась на камеру и отправлялась обратно на сайт egoscope.

В данном проекте пользователи со всего мира могли взаимодействовать с городской средой через интернет-сети. Городские экраны здесь были соединены с экранами персональных компьютеров. Это приоткрыло многие слои многообразной городской среды и позволило интернет-пользователям через трансляцию выбранного ими контента стать активными горожанами.

Egoscope. Электронные билборды со страницей вебсайта, выбранной пользователем, на проспекте Фариа Лима в Сан-Паоло. 2002Источник: https://www.desvirtual.com/egoscopio/english/documentacao.htm

Есть и другие примеры проектов, в ходе которых использовались разные платформы: Re:site Projects в Мюнхене (2003) предлагает жителям строящегося района прокомментировать происходящие изменения; CitySpeak (2006) переносит онлайн-форум в условия городской среды; StalkShow (2003-2008) обращается к проблеме социальной незащищенности в общественных пространствах.

По этому разнообразию проектов можно понять, что формат перепрофилированных городских экранов еще находится в стадии экспериментирования. Но количество их продолжает расти в самых разных точках планеты.

Минский контекст

А что с городскими экранами в Беларуси? Первый светодиодный экран в Минске появился в 2003 году. С тех пор количество экранов в городе существенно возросло. Уже существует несколько зданий с медиафасадами, экраны используются в общественном транспорте, появилась «умная остановка». Имеется ли в них что-то, что позволит отнести их к экранам второго поколения?

Медиафасад офисного центра «Футурис». 2019Источник: https://futuris-bc.by/

В целом контент минских уличных экранов укладывается в те модели, которые Р. Вилиамс называл авторитарной (госпропаганда), патерналистской (социальная реклама) и коммерческой. Демократическая коммуникация, которая подразумевает интерактивность и способность пользователей формировать контент, остается непредставленной (Williams, 1961). В негибкости использования городских экранов можно усмотреть отражение общественно-политических условий в Беларуси. В них общественное пространство в Минске не может быть не только приватизировано, но даже персонализировано группой людей, целью которых не является коммерческая выгода.

И всё же многие тренды альтернативного использования экранов дают о себе знать и у нас. В 2015 году появился экран на фасаде торгового центра «Галерея». Хотя он предназначен для рекламы, уже тогда, в тестовом режиме, на нём транслировались городские мероприятия. Позже, в 2016 на фасаде показывали прямые включения из Олимпийских игр. В 2019 концерт, проходивший на площадке напротив, был дополнен видеоизображением в режиме реального времени.

Концерт от А1, транслируемый на экране ТЦ «Гелерея». 2019Источник: https://www.kp.by/daily/27014.5/4076769/

Ещё отчетливей эти тенденции проявились во время международных спортивных соревнований: Чемпионата мира по хоккею в 2014 и Европейских Игр в 2019. В обоих случаях мероприятия транслировались в специально организованных фан-зонах в Минске и областных центрах в режиме реального времени. Для трансляций использовались временные конструкции, что может быть вызвано сложностью финансирования постоянных носителей. Пускай такому режиму использования далеко до программного, уже сейчас можно сказать, что городские медиасобытия стали привычной практикой в Беларуси.

Что касается художественного контента, то здесь прежде всего важно то, как аудитория вообще реагирует на паблик-арт (Taylor, 2006). Если горожане не имеют большого опыта соприкосновения с ним в городской среде, чего можно ожидать от контента на экране? За последние 20 лет благодаря различным фестивалям уличного искусства такой опыт у горожан определенно расширился. Ближайшим к теме примером можно считать «Лiчбавы свет», недавнюю работу беларусского художника Mutus. Ему удалось отразить как раз тот контекст, который окружает жителя современного города: в нём «современная девушка на картине ткет нить из клубка созвездий, который похож на сеть глобальных связей». Но пока двухмерному изображению не удается перекочевать на медиафасад.

Как я уже отметил, городская среда Минска не отличается интерактивностью, но и здесь все-таки произошли изменения. Так, в преддверии Европейских игр в городе появилась изобилующая экранами «умная остановка». Экраны на ней расположены таким образом, что пользователи могут наблюдать их, удобно расположившись на сиденьях рядом. Кроме этого, разработчики предлагают кроссплатформенный элемент: через вай-фай пользователь получает часть контента, транслируемого на остановке, на экран своего смартфона. Однако в обоих случаях это лишь рекламный контент. Экран с картой пусть и интерактивный, но по большей части копирует картографические мобильные приложения; приживётся ли он, покажет время.

«Умная» автобусная остановка с экранами. 2019Источник: https://realty.tut.by/news/offtop-realty/654315.html?utm_campaign=news-feed&utm_medium=rss&utm_source=rss-news

Отголоском демократической модели можно считать возможность любому желающему отправить поздравление на медиафасад библиотеки или экран на Октябрьской площади, которые существовали до недавнего времени. Однако такая интерактивность вряд ли заинтересует кого-либо кроме адресата поздравления.

Поэтому наиболее близким в Беларуси к идеям интерактивных экранов, пожалуй, можно считать проект Руслана Вашкевича «На глоток свежего воздуха». В нём жителям предоставлялась возможность купить за символическую цену «кусочек свободы» в городской среде, используя для этого краундфандинговую платформу. Интернет-пользователям предлагалось выполнить задание от художников, заснять его на телефон, после чего видео участников появились на сайте. Как отметили создатели, «люди на улице ведут себя веселее и смелее, чем в белых кубах и залах».

В целом ситуация с альтернативным использованием уличных экранов в Минске не выглядит слишком обнадеживающе. Свою нишу заняли только городские медиасобытия. По частоте замены экранов в городе можно сказать, что они становятся все более востребованными, но реакции жителей на них в основном связаны со световым загрязнением. Мы можем получить ситуацию, когда из-за размещения экранов в привычных местах исключительно для рекламы переориентировать их будет гораздо сложней.

Выводы

Пытаясь использовать экраны иначе, создатели проектов проходят через большое количество трудностей. Ограничения, накладываемые большой аудиторией, отсутствие понятных схем финансирования, не такие широкие возможности в медиапространстве — лишь несколько вопросов, с которыми приходится иметь дело. Так происходит не только в Беларуси: проект Stalkshow в Пекине пришлось показывать в художественной галерее, тем самым значительно снизив его эффект.

Ни рекламодатели, активно использующие экраны, ни городские планировщики и архитекторы, обеспокоенные общественными пространствами рядом с ними, ни художники, которым может быть интересна городская среда, не смогут решить их судьбу в дальнейшем без диалога. Поэтому обсуждение на ранних стадиях, когда ситуацию еще можно изменить, выглядит вариантом, при котором впоследствии выиграют все стороны. Без этого уличный экран может остаться не более чем усовершенствованным билбордом, но пока что у него есть шанс сделать городскую среду площадкой для экспериментов и поиска ответов на вопрос, каким мы хотим видеть город завтра.


Источники

Beiguelman, G. (2006). For an aesthetics of transmission. First Monday, 4. https://doi.org/10.5210/fm.v0i0.1553

Bounegru, L. (2009). Interactive Media Artworks for Public Space: The Potential of Art to Influence Consciousness and Behaviour in Relation to Public Spaces. Urban Screens Reader, Amsterdam: Institute of Network Cultures, 199-215.
https://networkcultures.org/urbanscreens/2009/12/15/urban-screens-reader-order-now/

Cubbit, S. (2009). Led Technology and the Shaping of Culture. Urban Screens Reader, Amsterdam: Institute of Network Cultures, 97-107.
https://networkcultures.org/urbanscreens/2009/12/15/urban-screens-reader-order-now/

Dekker, A. (2009). City Views from the Artist’s Perspective: The Impact of Technology on the
Experience of the City. Urban Screens Reader, Amsterdam: Institute of Network Cultures, 221-231.
https://networkcultures.org/urbanscreens/2009/12/15/urban-screens-reader-order-now/

de Souza e Silva, A. (2006). From Cyber to Hybrid: Mobile Technologies as Interfaces of Hybrid Spaces. Space and Culture, 9(3), 261–278.
https://doi.org/10.1177/1206331206289022

Manovich, L. (2006) ‘The Poetics of Urban Media Surfaces’, First Monday, 4.
https://doi.org/10.5210/fm.v0i0.1545

McQuire, S. (2018). Городские экраны и городские медиасобытия. Геомедиа: сетевые города и будущее общественного пространства. Пер. с англ. Москва: Strelka Press. 177-221.
http://strelka.com/ru/press/books/geomedia

McQuire, S. (2009). Mobility, Cosmopolitanism and Public Space in the Media City. Urban Screens Reader, Amsterdam: Institute of Network Cultures, 45-64.
https://networkcultures.org/urbanscreens/2009/12/15/urban-screens-reader-order-now/

Roh, S. (2009). Large Screens and the Making of Civic Spaces: An Interview with Soh Yeong Roh. Urban Screens Reader, Amsterdam: Institute of Network Cultures, 157-162.
https://networkcultures.org/urbanscreens/2009/12/15/urban-screens-reader-order-now/

Taylor, K. (2006). Programming video art for urban screens in public space. First Monday, 4. https://doi.org/10.5210/fm.v0i0.1555

Williams, R. (1961) Communications and Community, in R. Gable (editor). Resources of Hope, London: Verso, 1989. 19-31
https://www.versobooks.com/books/642-resources-of-hope

Winston, B (1998) Introduction: a Storm from Paradise. Media Technology and Society. A History from the Telegraph to the Internet. London: Routledge. 1-15.
https://monoskop.org/images/d/da/Winston_Brian_Media_Technology_and_Society_A_History_From_the_Telegraph_to_the_Internet.pdf


Главное изображение: https://nicolassassoon.com/COASTAL_CITY.html