Версія тэкста па-беларуску даступна па спасылцы


Эту весну многие беларусы и беларуски провели, преимущественно сидя дома. Хотя, по состоянию на июль 2020-го, большинство перестало самоизолироваться, для них это был уникальный и значимый опыт. Эпидемиологи уже предсказывают вторую волну эпидемии и появление новых вирусов, поэтому для нашей команды было важно во время периода самоизоляции исследовать и отрефлексировать, что люди узнали о ближайшем к своему дому пространстве и как оно влияло на их опыт пребывания дома.

Мы хотели узнать, как беларусы и беларуски адаптируют свои жилища к длительному периоду пребывания дома, какую роль для них играет пространство рядом с домом, что они видят из своих окон и что хотели бы видеть.

Наши потребности и приоритеты на период самоизоляции изменились: многим оказалось не нужно ехать на работу или в гипермаркет в другую часть города. Чтобы сменить рабочую обстановку дома, достаточно было понаблюдать городской пейзаж из окна или прогуляться в ближайшем парке. Спальные районы стали центрами активности и передвижений горожан в большей степени, чем до начала пандемии. Останется ли жилье в центре или у метро привилегией? Превратится ли вид из окна в товар на рынке недвижимости?

Как проводилось исследование

Для проекта мы работали данными как уже доступными, так и полученными путём онлайн-опроса.

Мы проанализировали открытые источники данных: фото в Инстаграм, объявления на сайтах недвижимости и Яндекс.Карты. По тем же критериям мы повторно исследовали те же источники уже в июне, когда активизировались разговоры о второй волне распространения COVID-19.В Инстаграме мы искали посты с текстом и фото в местах, приближенных к водоемам, паркам и лесам, а также по хэштэгам, связанным с самоизоляцией (#карантин, #карантин_на_балконе, #stay_home и другие). Яндекс.Карты позволили отследить индексы самоизоляции с конца апреля по сегодняшний день.

Кроме этого, мы провели опрос о видах из окон, чтобы понять опыт, эмоции и впечатления людей, связанные с тем, что они видят и слышат из-за пределов дома в период длительного пребывания дома. Мы также хотели узнать, как старые ресурсы приобретают новые значения в условиях пандемии. В списке было несколько закрытых и 4 открытых вопроса, в которых участни_цы могли поделиться своими мыслями и рассуждениями о своих домах и окнах. Опрос помог нам увидеть и объяснить корреляции в открытых данных, найти специфичные для беларусского карантина сюжеты.

Мы задавали открытые вопросы, потому что не хотели ограничивать людей интуитивно ожидаемыми ответами. Карантин — практически для всех горожан беспрецедентный опыт, поэтому мы были готовы к непредсказуемым ответам. Одновременно с этим мы использовали открытое тематическое кодирование, при котором ключевые слова выводятся из материала, а не даются заранее.

На Яндекс.Картах отследили, что больше всего беларусы и беларуски проводили время дома в апреле. Еще они куда активнее сидели дома по выходным. При этом индекс самоизоляции по выходным практически не менялся и начал падать только к лету, когда люди выходили на прогулки и встречи. Таким образом, мы видим, что для Беларуси пребывание дома тоже оказалось статистически значимым и продолжительным явлением с пиком в апреле. Это же подтверждают и опросы, проведённые компанией SATIO.

В нашем опросе поучаствовало 508 человек из 22 населённых пунктов Беларуси, при этом из Минска 339 анкет. Основная часть респондентов и респонденток из возрастных групп 18-30 лет (321 анкета) и 30-45 лет (152 анкеты). Многие развёрнуто отвечали на открытые вопросы:
Что видно из вашего окна? Средняя длина ответа — 5 слов.
Какие чувства у вас вызывает вид из вашего окна? Что вам приходит в голову, когда вы смотрите в окно? (15 слов)
Какие чувства вызывает у вас ваш дом, когда вы проводите в нем больше времени, чем обычно? (8 слов).

Всем ли не понравилось сидеть дома?

Из опроса видно, что впечатления людей от более длительного пребывания дома различаются вплоть до полярных. Также люди приписывают одному и тому же элементу карантина — своему жилищу — самые разные, порой противоположные, значения.

Предсказуемо, об изоляции было много негативных отзывов. У кого-то долгое нахождение дома вызывает тоску и даже может угнетать. Люди писали о таких ощущениях как «Замкнутость, потеря энергии, одиночество«, «чувствуешь себя в заточении».

Многим надоедало однообразие происходящего. Люди отмечали, что ощущали себя в «дне сурка» из-за цикличности активностей.

Чувство одиночества, тоски, раздражение от шума соседей и «алкоголиков под окнами, чувство запертости», ненависти, депрессии, усталости, подавленности, скуки появились после долгого ограничения перемещений. Многие отмечали, что им стало не хватать воздуха и у них возникало желание выйти на улицу чаще, чем обычно, и они выходили на балкон либо во двор. Психологический дискомфорт усугубляло и ощущение «дня сурка». Опрошенные начали больше обращать внимания на дневные активности и заметили много зацикленности в своих действиях, что начинало их угнетать.

В то же время, пребывание дома было связано для респонденто_к и с позитивным опытом. Многие из прошедших опрос весной перешли на удаленную работу: дом для них стал не только местом, куда они приходили поспать после рабочего дня. Наиболее частыми положительными эмоциями от пребывания дома были: безопасность, уют, радость. Они отмечали, что у них появилось желание и время, чтобы сделать свой дом более уютным, комфортным, наполненным индивидуальными деталями и «частичками души».

Уединение карантина кому-то понравилось («Стало хорошо в одиночестве, чаще нахожусь на кухне во время чаепития»), но чаще проступало в ответах двояко, противоречиво: «Всё нормально, мне уютно и хорошо. Может, немного одиноко», «Мне прыемна мая хата, але ад адзіноты гэта не пазбаўляе». Другими словами, в период самоизоляции уют и одиночество часто были неразрывно связаны.

Чувства спокойствия и безопасности преобладают среди положительных эмоций: дом ощущается как свое личное, защищенное пространство, отгороженное от внешнего мира. А уют и комфорт считается продолжением этого состояния. Ответ «Мой дом — моя крепость» указывает одновременно как на на чувство безопасности, так и на оторванность от внешнего мира, ограничение доступа к нему.

В целом, количество положительных и отрицательных восприятий отзывов об опыте домашней самоизоляции оказалось приблизительно одинаково: каждый человек реагирует по своему и в зависимости от множества факторов личного и общественного характера.

Как беларусы и беларуски адаптируют свои жилища к проведению времени дома?

Наши респонденты нередко ощущали большее, чем до карантина, желание заботиться о своем жилище, чаще делать уборку и держать вещи в порядке, всё большую причастность к окружающей их обстановке и ответственность за неё.

В этой ситуации напрашивались манипуляции с местом проживания. Например, аж 18 человек задумались о ремонте, чтобы изменить надоевший интерьер. Также люди стремились привести свой дом в порядок, чтобы ощущать больше спокойствия и стабильности.

Чаще всего участни_цы опросы говорили, что посадили или пересадили цветы, наконец решили завершить ремонт или только начали его, привнесли в жилище «хюгге», перебрали старые вещи и «расхламились». «Ещё иногда хочется что-то изменить: перевесить фотографии, покрасить полки в один цвет. Или просто протереть пыль» — написала одна из опрошенных.Среди опрошенных были и те, чье долгое нахождение дома стало катализатором для решения сменить съемное жилье либо вообще переехать в другой район города.

Люди замечали, что у них накопилось много лишних вещей, что им не хватает места для их хранения; их комнаты, кухни, балконы и коридоры оказались слишком малы и респондентам хотелось бы их «расширить»; что долгое нахождение даже с самыми близкими людьми вызывает усталость. С учётом этого мы можем предположить, что при повторении периода (периодов) карантина будет возрастать спрос на жилье с большими возможностями к уединению. Квартиры с большим количеством комнат окажутся в проигрыше.

Что видно из окна и что это значит: говорят беларусы и беларуски

Во время самоизоляции люди стали уделять больше внимания не только облику и обустройству внутреннего пространства жилья, но и окнам, подоконникам, балконам, а также тому, что с них видно. Эти элементы жилья выступили своего рода «интерзоной» между жилищем и внешним миром: «Мне нравится на кухне окно в пол, есть привязка бОльшая к окружению. Очень поэтично».

Мы попытались реконструировать беларуский вид из окна при помощи текстовых ответов и снимков, которые люди прикрепляли к опросу. От участни_ц опроса мы получили 402 фото и даже 3 видео. Из них 272 фото было сделано в ракурсах, показывающих, что находится за окном. Самыми частыми ракурсами были с уровня глаз, сверху вниз, глядя во двор, а также многоплановые кадры со зданиями и небом. Было и два фото, в которых участни_цы опроса фотографировали свой дом с улицы, одно из таких фото было сделано с места водителя в автомобиле. На одном фото в центре кадра была птица, сидящая на кусте. 130 фото было с подоконниками и кусочками интерьеров, в которых было сделано фото. Некоторые фото были сделаны с уровня подоконника или лежа на кровати.

Иногда люди фотографировали свои рабочие места, которые находились прямо у окна. Люди, отправившие фото с подоконниками, часто акцентировали внимание кадра на том, что на них находится. Это были комнатные растения, букеты цветов, предметы интерьера (фоторамки, игрушки), вазы, книги и журналы, коты. Других животных на фото не встречалось. Интересно, что они находились как и на внутренней, так и на внешней части подоконника. Необычным было фото из подъезда, где окно занимало меньше четверти снимка. Также примечательным стало фото окна из глубины комнаты, потому что в фокусе были деревья за окном, а не оконные рамы, стены и шторы. С необычным ракурсом было сделано фото с верхушки горшка, в котором росло дерево авокадо, которое своим изгибом дублировало уличные фонари на заднем плане улицы.

Фото с частью подоконников и интерьеров было в два раза меньше, чем фото только с видом за окном. Отсюда можно сделать вывод, что люди все же избегали показывать приватное пространство и интерьеры. Но если они решались показывать их, то иногда запечатляли декоративные детали: вазу с летней сиренью или букет тюльпанов на праздник.

Были и участники, которые заранее приготовили фото для опроса (или же выбрали из имеющихся старых снимков). Они прикрепляли зимние снимки или хорошо выстроенные кадры, как на фотоаппарат, так и на мобильный телефон.

Многие виды довольно узнаваемы и стереотипны: типовые минские панельки от советских до МАПИДовских серий, старые детские площадки, трубы предприятий, центральные части города с торговыми центрами, парковки и гаражи. Однако вместе с тем в этой массе фото можно выделить и менее ожидаемые сюжеты: балконы с цветами, коты на подоконниках, обустроенные рабочие места, «кукурузки» на кропоткина, парки, закаты.

Из опроса видно, что вид из окна сильно связан с эмоциональным состоянием человека, который сидит дома в карантин. Можно отметить, что большинство респондентов отметили наличие зелени как наиболее желательную и ожидаемую составляющую пейзажа за окном. Также люди замечают других людей и животных, которых видно из окна. Это вызывает ощущение причастности к миру и умиротворение. Особенно это касается играющих детей. Из ответов следовало, что вид на природу создает более спокойное настроение, чем вид на шумные и загрязненные улицы.

Большинство участни_ц опроса сошлись в одном: все испытывают удовольствие, наблюдая закат из своих окон. И даже если из окна была видна только фабрика, другие дома напротив или ТЭЦ, вечерние закаты делали виды из их окон ярче. Особенно закаты ценили жители последних этажей домов. Озеленение и благоустройство двора было для них не таким важным, потому что они не наблюдали их из окон. А а живописные закаты из окон — каждый день. Так или иначе, в ответах респонденто_к наличие хотя бы одного из элементов природы было важной составляющей «приятного вида из окна»; а полное их отсутствие, как правило, коррелировало с негативными эмоциями

Негативных отзывов наиболее часто удостаивались виды на большие дороги, стройки и другие подобные сооружения. Некоторые респондент_ки указывали, что вид из окна — это одна из причин, почему они хотели бы сменить нынешнее место проживания на лучшее.

Что касается негативных составляющих, то вид на стройку и заполненные машинами улицы угнетает большинство людей. «Понастроили домов», — написал_а од_на из участни_ц опроса. Мир машин очевидно не родственен с миром людей, а шум непосредственно мешает нормальной жизни. «Мое окно закрывает дерево, но я могу видеть двор. Мне нравится, что там не шумно и нет суеты», — подобные формулировки встречались часто. Однако мы получили и такие ответы: «МКАД шумит — жизнь кипит. Успокаивают, что мир не рухнул. Зелени поднимает настроение и успокаивает»; «Иногда просто наблюдаю, как в ярком солнце блестят машины, проезжающие по МКАДу, от этого спокойно почему-то»; «За горизонтом скрыта железная дорога (знаю о ней по романтичному шуму товарных составов в ночной тиши)». Еще один негативный фактор — другие высокие дома рядом, которые закрывают небо от людей и вызывают клаустрофобные ощущения.

С другой стороны, не всегда рукотворные элементы вида за окном вызывают негатив. Некоторые указывали, что им нравится слушать течение жизни, которое выражается в бесконечном потоке машин — это вызывает у них «чувство стабильности». Многим нравятся далекие виды из высоких домов.

Чувства от вида из окна тесно связаны с сезонностью. Наиболее подробные и позитивные описания были у видов во время тёплых месяцев. Зимние же виды из окна в основном вызывают у опрошенных тоску, из-за отсутствия листвы. Городские зимние виды в основном описаны в монохромных цветах.

Особенной чертой описания видов из окон стала многоплановость и сюжетность. Кто-то рассказывал об объектах от ближнего плана к дальнему, кто-то — об изменениях в разных сезонах года, кто-то замечал детали вокруг. Всего несколько раз в описаниях видов встречались религиозные сооружения и кладбища. В двух ответах были строчки из песни про «превосходный вид на ТЭЦ”» (цитата из песни «ТЭЦ» группы Петля Пристрастия), Кто-то жалел: «Что не відно із моего окна, так это гор і моря».

В ответах были не только перечисления и описания «тусующихся котов» и гнёзд птиц, но и полноценных сюжетах-рассуждениях о людях на улице и в домах напротив: «Каждое утро, выхожу на минут 5 на лоджию, посмотреть на людей, проверяю все ли хорошо с моим автомобилем на парковке, люблю смотреть на процесс стройки через дорогу. Пару раз махала соседу с противоположного дома, но он не отвечал( Смотрю, в окна чаще, чем в телевизор, потому что там намного интереснее»; «Відаць вокны іншага дому і неба над ім, люблю разглядваць хмары і людзей на балконах, задумваюся, ці разглядваюць яны мяне».

Особенно часто героями ответов становились птицы, живущие во дворе: «У меня 5 этаж и много деревьев рядом, есть гнездо ворон, которые кормят птенцов своих, сталкерю их жизнь»; «Наблюдаю за двумя сороками которые свили гнездо на дереве напротив нашего окна. Представляю как баба-сорока орет на мужика-сорока, типо: “Опять по голубихам полетел, петушара???!?! Лучше бы работу себе нашел!!! И гнездо все засрал, а убирать, что, я буду?!?!?”».

Многие уделяют внимание и звукам вокруг: «наблюдаю за птицами. Иногда так кричат чайки, будто вблизи море»; «разнообразные виды птиц, часто слышу их пение, из-за чего складывается впечатление сада под окном. Если добавить к этому веселые крики детей (к счастью еще недостаточно взрослых, чтобы кричать матом и слушать коржа с колонки), то получается своеобразный future garage ambient».

Таким образом, ближайшее в дому пространство во время карантина оказывается для горожан предметом внимательного наблюдения, в каких-то случаях – неожиданным открытием, а иногда даже возвращает к жизни угасшие социальные практики — вроде (добро)соседского контроля поведения детей во дворе.

Из постов в Инстаграме мы увидели, что люди находят новые центры притяжения: тропинки, спортивные площадки, другие красивые места в городе для прогулок и смены обстановки. Как следует из подписей, часто эти места находятся рядом с домом. Многие готовятся к тому, что летом не поедут на отдых на море, как обычно, и заново открывают для себя Беларусь. Нашлись и те, в чью жизнь смена рабочего места на домашний офис привнесла разнообразие: в обеденный перерыв они стали кататься на велосипеде.

Беларусская специфика?

Хотя во многом опыт карантина у беларуских горожан похож на опыт в других странах, у него есть и особенности. Они могут быть связаны как со спецификой официального восприятия пандемии в Беларуси, так и с более стабильными характеристиками местной культуры — экологической, городской, социально- политической.

Так, нередко смотрение в окно вызывает мысли не только и не столько о том, что там видно, о процессах и персонажах, действующих там — но в первую очередь о себе: о собственных воспоминаниях, о детстве, о прошлом и будущем и т.д. То есть окно сработало как зеркало и триггер саморефлексии, либо сентиментальных воспоминаний о и т.д.) При этом такой эффект от смотрения в окно связывался с антропогенными, скудными на природу (особенно зелень) пейзажами за стеклом. Стоит, конечно, учитывать, что в Беларуси сидение дома и сопутствующее ему учащённое смотрение в окно было решением, а не принуждением. Это значит, что наши респонденты самим фактом сидения дома продемонстрировали определенную рефлексивность и критическое мышление.

В других странах балконы и окна во время локдаунов стали особенно интенсивно использоваться как каналы двусторонней коммуникации — не только получения информации о мире, но и трансляции своих месседжей вовне. Тут можно вспоминать и пение с балконов, и детские рисунки на окнах, и вывешивание флагов и т.д. Такого богатства активностей в период наиболее интенсивной самоизоляции в Беларуси мы не наблюдали.

Одно из немногих исключений — пускание мыльных пузырей с балкона 9-го этажа, которое (наверняка не по задумке, а случайно) стало зрелищем для других и попало в сторис Инстаграма.

И совсем нечасто окно во время карантина в Беларуси оказывалось инструментом самовыражения. Люди не рассказывали в опросе ничего о том, что они вывешивали или показывали в окно, а меняли что-то лишь внутри жилища. Эта ситуация изменилась с началом лета, когда окна, крыши и балконы стали использоваться для выражения солидарности в белорусском обществе, но по причинам, которые связаны с пандемией коронавируса лишь косвенно.

Как отреагирует рынок

При всех особенностях периода пандемии и замедлении рынка аренда жилья, о чём писали аналитики, беларусы и беларуски продолжают искать и сдавать квартиры и комнаты. В конце апреля цены в объявлениях на рынке недвижимости оставались на том же уровне, а количество объявлений в день достигало 300 штук. Проанализировав 100 объявлений об аренде в июне мы увидели, что в примерно трети из них были фото вида из окна, балкона, благоустройства во дворе. Можно предположить, что пандемия повлияла и на то, как стал выглядеть рынок недвижимости в объявлениях. Вид из окна осознается всеми сторонами рынка недвижимости как значительная и ранее недооцененная характеристика жилья.

В качестве наиболее важных критериев при выборе жилья чаще всего выбирали стоимость (81%), удобное транспортное сообщение (81%), лес/парк/сквер поблизости (65%) и вид из окна (58%), планировка (51%). В свободной форме часто отмечали, что важен сам арендодатель и возможность жить с домашними животными. Также опрошенные писали, что при покупке квартиры старались найти жилье по карману и большей площади. Поэтому другие критерии отходили на второй план. Но после покупки их требования изменились: появилось желание иметь и сквер поблизости, и красивый вид из окна, и «адекватных соседей», и велодорожки, не занятые авто и не огороженные заборами.

С учётом темы нас особо интересовало, будут ли вид из окна, величина и количество окон (7 ответов), наличие балкона/лоджии (3 ответа) фигурировать в ответах. В самом деле, таких ответов оказалось не менее десятка. При этом, иногда указывали ориентацию по сторонам света. «Окно моей комнаты выходит прямо на восток. А ещё рассада перцев стоит на подоконнике».

Люди, у которых было больше чем одно окно описывали виды отдельно из обоих окон: «Слепянская водная система [видна] из комнаты, выходящей на север — двор». «Из окна моей спальни вид частично перегораживается торговым центром, далее виден перекрёсток и дома. Вид с балкона намного приятнее — так как живу на девятом этаже, то вид красивый — видны вблизи дворы, дома, детская площадка, там много зелени. Никогда не хожу на салют смотреть « с балкона всё видно )». Бывало и так, что люди оценивали вид с окон с разных ракурсов из квартиры: «С моего рабочего места я вижу только пустое небо с облаками, если подойти ближе к окну, то будут видны сквер, дорога и другие здания». В разных контекстах окна и обзор помогают преодолеть чувство замкнутости, ощущать включенность в городскую жизнь и переключать внимание.


Выводы:

Самоизоляция стала для беларусов и беларусок уникальным опытом, поскольку потребовала изменить свой привычный образ жизни по собственному решению. Оставшись дома, наши респонденты стали внимательнее к пространству в непосредственной близости: придомовым территориям, дворам, соседним строениям. Для отлучившихся от центра города людей пространство «на районе» стало открытием.

Особую роль в опыте самоизоляции сыграла смена сезонов, на фоне которой началась пандемия и были введены особые ограничения. Вид из окна, который при неограниченной мобильности воспринимается как фоновый, в условиях карантина становится единственной данностью без альтернатив. Это побуждает горожан к рефлексии по поводу того, что окружает их дом; из опроса мы получаем картину предпочтений и мыслей о прилежащей к дому среде, которую едва ли могли получить раньше.

Так, мы видим, что ключевую роль в восприятии пространства у дома играют элементы природы. Самая стабильная корреляция — между зеленью, закатами и позитивными эмоциями. Иногда виды на участки земли без благоустройства также мотивируют на их качественные изменения, коллективизацию с соседями в этом вопросе.

Окно по сравнению с жизнью до карантина приобрело новые функции — в частности, развлекательную или даже рекреационную. В то время как во многих странах на время карантинов балконы и окна стали каналами коммуникации, в беларусском контексте они помогали в основном лишь принимать визуальную информацию про мир.

Важность балкона, окна и вида из/с них скорее всего останется более высокой чем до пандемии, не только потому что пандемия может оказаться не последней, но и потому что открыв потенциал этих элементов дома, горожане навряд ли захотят от него полностью отказаться.

Этот тренд развивается не обязательно в согласии с трендами застройки, где мэйнстрим сегодня — это минимум природных элементов в образованных массивными высотками и заставленных парковками дворах.

Наконец, опыт пребывания дома позволили многим горожанам ощутить себя в ситуации, в которые некоторые социальные группы — такие как люди с ограниченной мобильностью – живут постоянно.

Пандемия вместе с вызовами представила нам возможность лучше понять потребности в жилье — свои и других — и мы надеемся, что все стороны процессов создания, поиска и предоставления жилья этой возможностью воспользуются.

Авторка исследования — Анастасия Никитина
Фотоколлажи – Каролина Полякова

Над исследованием также работали

Андрей Возьянов — научная редактура
Анастасия Гермацкая — визуализация данных
Анастасия Горбунова — помощь в анализе данных

Корректура — Анастасия Тулаева