Дмитрий Бибиков


Задача изменения города

Зачастую, сталкиваясь с каким-то неудачно организованным аспектом жизни в городе, мы обращаемся мыслям к N-ому европейскому городу, который недавно посетили, и в сердцах восклицаем: боже, ну почему у нас нельзя «как на Западе»? И в самом деле, почему и точно ли нельзя? Я, однако, предпочитаю переформулировать этот вопрос: как сделать так, чтобы у нас было, «как на Западе»? Один из факторов, отличающих градостроительную практику Западной Европы от Восточной, — это постоянное и терпеливое внимание к неудачам и желание изменения к лучшему. В этом тексте речь пойдёт об одном из способов учиться (в том числе на неудачах) и инициировать изменения в городах — пилотных проектах городского масштаба.

Нельзя сказать чтобы наши города, как и общества в целом, были совершенно статичны или, тем более, деградировали. И всё же на постсоветском пространстве однозначно меньше настроены на прогресс и эксперименты. В наших странах меньше стараются учиться на своих и чужих ошибках и успехах. Тем временем, именно эта черта является основой как современного, так и исторического европейского отношения к решению вопросов.

Существуют и другие, также достаточно успешные и эффективные, но авторитарные способы модернизации города. Они строятся на заимствовании и копировании, регулярно отделяют суть от внешности и часто приводят к карго-культу (пресловутый петанк в московским парках при главе департамента культуры Сергее Капкове). Практикуются они, к примеру, в странах Персидского залива или, частично, в Беларуси (обновление городов под «Дожинки») и в России (программа «Моя улица»). Такие инструменты изменения пытаются улучшить материальную среду города без значительного участия местного профессионального сообщества и тем более жителей. Они не могут привести к долговременным изменениям в сложившихся практиках и отношениях между создателями городской среды и её пользователями. Я же хочу показать преимущества такой практики улучшения городов, которая демократична и основана на общественном и профессиональном диалоге. Фактически здесь же можно провести черту между практиками из категории, соответственно, ландшафтного дизайна и, напротив, (демократической) урбанистики.

Теория изменения, эксперименты и пилотные проекты

Для любой попытки улучшить такую сложную систему как город критически важна т.н. теория изменения (theory of change). Так на языке проектного мышления называется наше представление о том, какова структура исходной (проблемной) ситуации и какие механизмы приведут к достижению желаемой цели. Этот подход говорит о нашем мышлении настолько же, насколько о мире вокруг. Идея его в том, что процесс изменения требует проектирования не менее, если не более, чем желаемый результат, а основной акцент делается на понимании того, как именно протекает изменение. Каждая активность или действие оценивается в нём не сама по себе, а в рамках достижения стратегической цели, как что-то, что открывает доступ к новым возможностям или ресурсам. Хорошим примером такого отношения к решению городских проблем является The Pattern Project (Initiative to Accelerate Change) американской архитектурной компании Farr Associates.

Схема теории изменения.Источник: http://www.managingforimpact.org/tool/theory-change

Кратко обрисуем ситуацию, с которой мы имеем дело. Город — это очень дорого и долго: итоги отдельных решений если и становятся понятны вообще, то лишь через многие годы и даже десятилетия. Мотивация сторон взаимно неясна, наличные данные всегда неполны, а долгосрочное будущее крайне сложно предугадать. В итоге все заинтересованные стороны крайне мало склонны к дополнительному риску, а процессы быстро становятся рутинными; реализовываются максимально проверенные, среднерыночные и стандартизованные решения. Это усугубляется тем, что в крупных государственных или частных организациях гибкая координация очень сложна и затратна. В этой ситуации крайне трудно организовать движение вперед, а значит, каждая попытка продвинуться дальше должна быть распознана и награждена, в том числе финансово. Большинство застройщиков в Минске (и не только) конкурируют не качеством, а за счет доступа к земле и способности выжать из нее максимальную жилплощадь — при помощи контактов, опыта и понимания работы системы. Потому у них нет нужды работать на качество продукта, а судьба застройки после продажи им безразлична. Не зря сегодня самые прогрессивные проекты жилищного строительства в Минске возводятся за пределами его административной территории. Для качественной перемены очень важно давать шанс тем, кто двигается вперед, получать награды помимо рыночной — профессиональный престиж, презентацию на международном уровне, доступ к проектам и площадкам под застройку и т.д.

Экспериментирование всегда было частью развития города. Среди особенно важных для Европы примеров можно назвать всемирные выставки и выставочные модернистские поселки начала ХХ века, такие как Вайсенхоф в Штутгарте. Нельзя сказать, что в нашей культуре никогда не применялись такие подходы: в СССР достаточно успешно и последовательно разрабатывались экспериментальные серии домов и районов; проводились широкие всесоюзные конкурсы на значимые объекты. Современный пилотный проект организуется для получения опыта в рамках процесса экспериментирования, где наблюдение за окружением — критически важная часть процесса; выводы из одного такого проекта могут быть основой для принятия решений в других проектах.

Вид поселка Вайсенхоф в Штутгарте, около 1927 г.Источник: https://www.open-iba.de/en/geschichte/1927-weissenhofsiedlung-stuttgart/

IBA как классический пример экспериментального процесса

Один из самых интересных экспериментальных инструментов в мировом градостроительстве — немецкие Международные архитектурные выставки (Internationale Bauausstellung, далее IBA). Как утверждают сами организаторы, IBA — это «организованное чрезвычайное положение» (organized state of exception). Отличие IBA от обычного процесса проектирования заключается в более глубоких и стратегических отношениях как с профессиональным сообществом, так и с горожанами. Для эффективной коммуникации, в особенности на среднем и финальном этапах IBA, тратятся значительные суммы; деньги приходят как из частного сектора, так и от ЕС или Германии (в зависимости от общественной ценности объекта). Сроки реализации проекта обычно составляют около 10 лет, по истечении которых проводятся финальная выставка и презентации.

Структурно IBA организована как компания с надзорными, консультативными и другими советами. Успех проекта заключается в решении наиболее острых проблем города. Многие достижения прошлых IBA стали частью современной строительной и планировочной культуры. IBA способны создавать новые решения при условии, что потенциальная выставка преодолеет рутинные барьеры привычного процесса планирования, а сами проекты будут инновационными вплоть до завершения фазы строительства. Высокое качество итогового продукта достигается за счет собственных консультативных структур и развитой сети бывших и текущих участников — так поддерживается активный исследовательский и образовательный обмен между отдельными IBA. Также гарантом качества выступает немецкое правительство, которое контролирует ход проекта и его итоги на уровне федерального Министерства строительства, через назначаемую правительством экспертную комиссию.

Можно выделить четыре исторических этапа развития IBA — в соответствии с их ключевыми задачами и концепцией. Так, с 1901 по 1957 гг. через IBA искали достойные ответы вызовам того времени, чтобы применить их в архитектуре и строительной культуре. На втором этапе, с 1957 по 1999 гг., IBA выступала как инструмент градостроительной реконструкции, помогала определить, каким образом лучше встраивать новые здания в сложившуюся застройку. На этом этапе неотъемлемыми принципами IBA стали внимание к самому процессу проектирования и девелопмента, участие в нем горожан как конечных клиентов, большее внимание к воздействию архитектуры и строительства на сообщества и экологию города. Третий этап, с 2000 по 2013 гг., характерен изменением самой культуры градостроительства, работой на пересечении местного и регионального масштабов, ориентацией на одновременную реализацию как стратегических, так и краткосрочных частей проекта, внедрением новых механизмов финансирования, где участие публичного сектора позволяет обществу влиять на частных инвесторов. Наконец, современные IBA, которые планируется реализовать до 2023 года, отличаются новым масштабом: в них участвуют сразу несколько стран (Голландия, Швейцария и Австрия); они посвящены низовому планированию (bottom-up planning) и попыткам вернуть архитектуре былое общественное и политическое значение и актуальность; при этом продолжаются эксперименты с альтернативными моделями финансирования.

Прошлые IBA.Источник: https://www.open-iba.de/en/

К началу 2019 года было реализовано восемь IBA, сейчас идут еще пять, причем три из них за пределами Германии. В 2007 году во время IBA в Гамбурге была создана коалиция бывших, текущих и потенциальных участников IBA при поддержке Федерального Министерства строительства Германии и экспертной комиссии, которая назначается правительством и наблюдает за процессом. Экспертная комиссия состоит из именитых академиков и представителей профессионального сообщества, а также представителей муниципалитетов и федерального правительства Германии, которые собираются два раза в год и следят за соблюдением Меморандума — основы современной IBA. В меморандуме описаны основные цели, задачи и формы реализации процесса IBA. Текст был принят в 2009 году, но не воспринимался как что-то жестко и окончательно заданное, и в 2017 году был дополнен. Ниже изложены его ключевые идеи.

1. IBA отвечают на серьезные вызовы в архитектуре, градостроительстве и региональном планировании, связанные с местными и региональными проблемами. Их цель — социальные изменения через проектирование на разных уровнях.
2. IBA — это больше, чем архитектурная выставка; здесь предлагаются варианты образа жизни в будущем и способы решения современных социальных проблем, не только через архитектурное и градостроительное проектирование, но и через новые отношения между конечными пользователями и проектируемыми пространствами.
3. IBA пытаются решить конкретные проблемы, глубоко укорененные в месте проведения выставки, но при этом их значение должно выходить за рамки местного. Важной частью определения проблем является дискуссия, которая должна быть экспертной по своему уровню и публичной по широте и доступности.
4. IBA стремятся разработать модельные решения для текущих или будущих проблем, связанных со строительством, экономикой, экологией и обществом. Демонстрация международной значимости поднятых проблем способствует активизации усилий по их разрешению.
5. Исторически IBA известны знаковыми постройками и проектами, однако важны не только постройки, но и условия их создания, а также качество и инклюзивность процесса проектирования. Разработка инструментов и концептуальных рамок проектирования важна для появления новой культуры планирования и строительства, построенной на духе сотрудничества. В этой новой культуре признаётся связь между качеством процесса и итогового продукта.
6. IBA стремятся быть международными, чтобы широко распространять найденные в их ходе решения тематических проблем. Кроме того, признаётся важность привлечения экспертов и проектировщиков из разных стран.
7. Интенсивность процесса и концентрация ресурсов в рамках IBA позволяют достичь хороших результатов. IBA — уникальный микрокосм, где непосредственное взаимодействие всех заинтересованных сторон позволяет найти свежие и инновационные решения с потенциалом долговременного влияния на практики планирования и строительства .
8. IBA содержат элемент риска. Проблемные, полемические вопросы не игнорируются, а обсуждаются с участием всех сторон, включая администрацию и бизнес. Только при принятии некоторой степени риска и непредсказуемости планировочный процесс может выйти за пределы стандартных практик и помочь найти действительно новые решения.
9. Организация IBA должна обладать значительной автономией и не зависеть ни от государства, ни от застройщиков, чтобы иметь возможность создавать образцовые обобщенные решения. От программ, проектов и организационных подходов ожидается новизна и гибкость.
10. Темы, идея и результаты IBA освещаются максимально широко для разных социальных групп; коммуникация является неотъемлемой частью на всех этапах процесса.

Текущие IBA.Источник: https://www.open-iba.de/en/

IBA_Wien в Вене

Пожалуй, самый интересный для Минска пример IBA реализуется в Вене — это IBA_Wien с его ведущим проектом Seestadt Aspern. У площадки IBA_Wien много сходств с лучшим местом для проведения IBA в Минске — территорией бывшего Национального аэропорта «Минск-1». Проект в Вене также строится на месте старого городского аэропорта, хотя тот и расположен гораздо дальше от центра. Кроме того, проект также будет обеспечен новой линией метро. Но гораздо важнее сходства в проблематике проекта: поиске новых моделей создания качественных и доступных жилых районов.

Тема и лозунг IBA_Wien — новое социальное жилье. Поиск новых моделей и новых процессов для доступного и качественного жилья актуален для многих крупных городов, поскольку численность населения в них растет быстрее, чем благосостояние. Вена была выбрана в качестве площадки для IBA, поскольку она исторически (еще с 20-х годов ХХ в.) известна хорошим социальным жильем и продуманными проектами реконструкции и ревитализации. Кроме того, город быстро растет в последние десятилетия (43 тысячи новых жителей только за 2015 год) и будет расти в обозримом будущем. В Вене наблюдается серьезный рост цен на недвижимость, которая рассматривается как инвестиция; как следствие, падает доступность жилья. Также в Вене происходит заметная демографическая трансформация — одновременно в городе становится больше и молодёжи, и людей старшего возраста. Вызовы изменения климата и способы замедления этого процесса служат дополнительной мотивацией для проекта.

Организационная структура IBA_Wien.Источник: https://www.iba-wien.at/

Деятельность в рамках IBA_Wien происходит на трех уровнях: программ и политик; производства и передачи знаний; реализации конкретных проектов. На уровне программ и политик команда IBA_Wien противопоставляет себя другим «мозговым трестам» (think tanks), которые утверждают, что субсидирование жилья уменьшает конкуренцию на рынке и потому негативно на нем сказывается. На уровне производства и передачи знаний IBA_Wien задумана как дискуссионная площадка, на которой с участием местных и международных экспертов обсуждаются современные и возможные концепции социального жилья. На уровне проектов IBA_Wien действует как прикладная лаборатория: здесь всё обсуждается и пробуется лишь для того, чтобы в дальнейшем быть реализованным и проверенным в реальной жизни.

Схема расположения объектов IBA_Wien в Вене.Источник: https://www.bauforum.at/gebaeude-installation/wohnbaustadtrat-michael-ludwig-wien-wird-iba-metropole-104083

Ключевые особенности и тематические разделы проекта «Seestadt Aspern»

Разнообразный район с качественным совмещением жилья и рабочих мест. К 2028 году на территории Seestadt Aspern будет находиться жилье для более чем 20000 человек и практически столько же рабочих мест. Строится принципиально разнообразное жилье: для приобретения в собственность или сдачи в аренду, большой и малой площади, для студентов и пенсионеров (с надомным обслуживанием). В дополнение к этому в районе создается густая сеть объектов социальной инфраструктуры: сады для жителей (urban gardening facilities), бассейны и места для собраний и встреч. К концу 2018-го на территории района располагалось уже более 120 разнообразных бизнесов, представляющих такие секторы как ремесла, высокие технологии, торговля в сфере искусства, образование и здравоохранение.

Мобильность. Целью развития Seestadt Aspern является достижение показателей в 40% для поездок на общественном транспорте и столько же для передвижений пешком или на велосипеде; тогда только 20% придётся на личную автомашину и другие индивидуальные моторизованные средства передвижения. Для достижения этой цели новый район обеспечен новым ответвлением линии метро (внимание, оно уже построено к моменту заселения района!), а также обслуживается семью автобусными маршрутами. По мере роста района транспортная доступность будет улучшаться: на его границе запланирована железнодорожная станция (для пригородных и городских поездов), а также линия трамвая.

Похожие по духу проекты из Беларуси и ближайших стран
Для расширения перспективы хочется кратко упомянуть несколько аналогичных IBA проектов, два из которых находятся в Польше. Первый — это район «Нове Жерники» (Nowe Żerniki WuWa 2) во Вроцлаве, который, кстати, открыто преподносится как повторение (немецкого) опыта начала ХХ века, строительной выставки Веркбунда «Жилье и пространство для работы» (Werkbundausstellung Wohnung und Werkraum — WuWa) . Второй, более крупный проект не так давно был начат в Варшаве, он называется «Жилые массивы Варшавы» (Osiedla Warszawy) и фокусируется на поиске новых форм создания жилых районов в столице Польши. Osiedla Warszawy ставят приоритетом качественный и инклюзивный процесс проектирования, а не только его конечный результат. Две площадки уже прошли через первый этап проектирования, в рамках которого проводились воркшопы с представителями городских властей и застройщиками, местными жителями и активистами. На воркшопах выявлялись ключевые потребности и проблемы, что позволило сформировать задание на проектирование — оно ляжет в основу польского аналога проекта детальной планировки (ПДП) и сценария дальнейшего развития территории. Больше об этом проекте можно узнать на канале Минской урбанистической платформы на YouTube из записи лекции Лукаша Панцевича (Łukasz Pancewicz, бюро A2P2 Architecture and planning), который занимается частью площадок в проекте.

Слева: местный план (польский аналог ПДП) для проекта «Nowe Żerniki», Вроцлав.Источник: https://www.wroclaw.pl/miejscowy-plan-zagospodarowania-przestrzennego-nowe-zernikiСправа: визуализация района «Nowe Żerniki» в объеме.Источник: http://nowezerniki.pl/budynek/k9/

Слева: пешеходные пространства в районе «Nowe Żerniki», Вроцлав.Источник: http://www.bryla.pl/bryla/7,90857,22945311,zbigniew-mackow-dobre-miasto-to-miasto-roznorodne.html Справа: общий вид района «Nowe Żerniki», Вроцлав.Источник: http://www.bryla.pl/bryla/7,90857,22945311,zbigniew-mackow-dobre-miasto-to-miasto-roznorodne.html

Слева: начало воркшопа «Osiedla Warszawy», площадка Żerań FSO. На фото главный архитектор Варшавы Марлена Хаппах (Marlena Happach, крайняя слева) и вице-мэр города Михал Ольшевски (Michał Olszewski, второй слева).Источник: http://a2p2.pl/projekty/osiedla-warszawy-wizje-projektowe-dla-fso-zeran-i-portu-zeranskiego/Справа: ход воркшопа «Żerań FSO», Варшава.Источник: http://a2p2.pl/projekty/osiedla-warszawy-wizje-projektowe-dla-fso-zeran-i-portu-zeranskiego/

Сверху: итоги воркшопа «Żerań FSO», Варшава.Источник: http://a2p2.pl/projekty/osiedla-warszawy-wizje-projektowe-dla-fso-zeran-i-portu-zeranskiego/Снизу: итоговый проект «Żerań FSO», Варшава.Источник: http://konsultacje.um.warszawa.pl/aktualnosci/zeran-fso-wyniki-warsztatow

Примеры пилотных проектов можно найти и в СНГ. Так, в России КБ Стрелка при поддержке Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ проводит Открытый международный архитектурный конкурс на разработку альтернативных решений планировок стандартного жилья и жилой застройки (более подробно о этом проекте можно узнать из выступления ведущего архитектора КБ Стрелка Артема Степанова на канале Минской урбанистической платформы. Еще один пример из России — новое типовое панельное жилье, которое несколько лет назад начали строить в Москве по инициативе главного архитектора города Сергея Кузнецова. Примеры такого рода можно найти и в Беларуси: речь о планировочном модуле «БЕЛНИИПГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВА».

Слева: схема планировочного модуля с интегрированным производством.Источник: внутренняя презентация в БелНИИПградостроительстваСправа: сравнение планировочного модуля и микрорайона.Источник: внутренняя презентация в БелНИИПградостроительства

Важно не только учиться в искусственно контролируемых условиях, но и обращать внимание на т.н. естественные эксперименты, то есть на проекты, реализованные ситуативно. Несмотря на зачастую инерционный характер бизнеса иной раз девелопер берет инициативу в свои руки: так, Киеве «SAGA Development» решили не останавливаться на отдельных домах с высоким качеством архитектуры и застраивают жилой район из девяти кварталов «Рыбальский». В Минске также есть проект, который можно считать естественным экспериментом — это район «Новая Боровая», реализованный «А-100 Девелопмент». Этот проект ясно демонстрирует характер бизнес-стратегии девелопера, который строит на территории, административно не включенной в состав города но фактически являющейся его частью. Стоит отметить, что в этой пригородной зоне строит более достойное жилье не только этот застройщик; в качестве другого примера приведем жилой комплекс «Александров парк». По-видимому, не лучшее расположение вынуждает застройщиков отдавать качеству архитектуры и жилой среды больше внимания и средств, чем в городской черте. Что касается «А-100 Девелопмент», то уникальность их ситуации заключается не столько в продаже панельного жилья с человеческим лицом; это чуть ли не единственный пример в городе, когда застройщик использует качество среды как конкурентное преимущество. Соответственно, это единственное место, где застройщик непосредственно заинтересован в том, что происходит с домами после продажи квартир: рост цен и спроса на уже построенную ими недвижимость позволяет за МКАД строить жилье в ценовом диапазоне среднего класса. В действительности далеко не все инновации проекта видны пользователю (и едва ли видны главные) — тем важнее изучать не только итоговый результат, но и весь путь компании. И по сути этот процесс уже начинается, насколько можно судить по обзорному визиту высокопоставленных лиц Беларуси в «Новую Боровую» и докладу, который директор компании сделала для президента РБ.

Слева: проект жилого района «Рыбальский» от «SAGA Development» в Киеве (находится на стадии строительства).Источник: https://rybalsky.com.ua/Справа: район «Новая Боровая» от «А-100 Девелопмент» в Минске.Источник: https://novostroyki.flatfy.by/

Каковы уроки IBA для Минска?

Прежде всего, Минску необходимо публично обсудить, каким профессионалы и жители города хотят видеть его жилые районы в будущем, а также его деловой центр и сити (если, конечно, таковой нужен, что является отдельным вопросом). Дальше нужно (повторно) организовать международный конкурс генеральных планов для всего проекта и использовать его как шанс начать строить в городском масштабе на хорошем уровне. В жюри и комиссию по составлению задания следует набрать иностранных и местных специалистов, проконсультироваться с местными и иностранными застройщиками, попытаться в рамках проекта привлечь западных застройщиков.

Критически важно, чтобы администрация города четко понимала ценности и характер генплана-победителя — и бережно его охраняла от искажений в худшую (с точки зрения принципов IBA) сторону. При застройке важно устраивать публичные архитектурные и девелоперские(!) конкурсы на каждый жилой квартал или даже группу домов либо общественный центр района, с наградами не только за первое место, но и за предложение качественных и новых решений. Важно собирать данные, причем речь как об опросах жителей и просто горожан, так и о наблюдении за ценой и спросом, сроками строительства, сложностью процесса согласования и так далее. Критически важно организовать распространение (в том числе публичное!) этих данных в понятной для всех сегментов аудитории форме. Если применить принципы IBA к локальной архитектурно-строительной ситуации, то можно сделать два основных вывода о том, как такой процесс должен быть организован в Минске.

А) Трудно отказаться от мысли, что в том виде, в котором Дана Холдингз реализует проект «Минск-Мир», он едва ли станет достойным примером качественного и прогрессивного планирования. Фактически, то что там строится — это устаревшие и всем давно знакомые по «Каменным горкам» спальные районы, только «на стероидах», со зданиями повыше, более броской архитектурой и хаотичными планировками групп домов и кварталов. Невероятным образом, результат может оказаться даже хуже, чем «Маяк Минска» от того же застройщика.

На крупнейшей площадке, прилегающей к центру Минска, необходимо создать что-то, что по сути бросит вызов сложившейся практике ведения застройки города и даже страны, после которого строить хуже будет нельзя. По сути, это практически последний шанс такого масштаба для города — после его потери останутся только поля в районе Новинки (потенциальный район «Северный»), но неизвестно, когда этот участок будет доступным для застройки (что может быть и к лучшему на данный момент).

Вот какие важные параметры городской среды помог бы определить проект IBA по поиску современной модели интегрированной жилой застройки:
оптимальная размерность жилых кварталов и логика ее изменения в зависимости от расположения в городе;
способы объединения кварталов в более современный аналог микрорайона с созданием качественных парковых пространств, системы вело-пешеходных путей и мест хранения автомобилей;
оптимальная этажность застройки и способов сочетания домов башенного и многосекционного типов, разработка новых гибридных типов застройки;
лучшие способы включения в среду квартала школ и детских садов разного формата, включая малые;
типовые решения для профилей магистральных и второстепенных улиц, междворовых пространств и проездов;
наконец, задачей проекта было бы определение видения общественно-делового центра района и города.

Слева: генплан проекта «Seestadt Aspern».Источник: http://tovatt.com/projects/urban-design/wien/Справа: генплан проекта «Минск-Мир».Источник: https://minsknews.by/v-stolitse-vmesto-minsk-siti-postroyat-minsk-mir/

Слева: общий вид проекта «Seestadt Aspern». Реализуемое совершенно соответствует генплану.Источник: https://www.aspern-seestadt.at/enСправа: общий вид проекта «Минск-Мир». Рендер представляет исчезающе мало конкретики, а кварталы, строящиеся на северо-востоке района, не напоминают его и отдаленно.Источник: https://minsknews.by/v-stolitse-vmesto-minsk-siti-postroyat-minsk-mir/

Сверху: центральная площадь и окружающая ее застройка в «Seestadt Aspern». Видны четко сформированные жилые группы, структура общественных и приватных пространств, внимательное отношение к озеленению. Объекты обслуживания на первых этажах по периметру кварталов.Источник: https://www.aspern-seestadt.at/enСнизу: рендер квартала «Эмиратс» проекта «Минск-Мир». Некачественные пространства для пешеходов, многократно прерываемые проездами, парковки во дворах и вместо площадей на углах квартала. Нет места для удобного расположения объектов обслуживания и тем более общественного центра.Источник: https://bir.by/page/real-estate/minskworld/quarters/kvartal-emirats/

Слева: школа у центральной площади в «Seestadt Aspern». Дорога из школы выходит на камерную площадь и полупешеходную улицу. По фото легко понять, насколько комфортно жителям находиться в этом пространстве.Источник: https://www.aspern-seestadt.at/en Справа: рендер квартала «Чемпионов» проекта «Минск-Мир». Однотипные здания расположены беспорядочным образом без попытки сформировать что-то похожее на дворы, школа выходит на огромную магистраль и для ее пересечения заложены подземные переходы; дворы разделены парковками, которые расположены ближе к проезжей части, чем пешеходные пути.Источник: https://bir.by/page/real-estate/minskworld/quarters/kvartal-chempionov/

Рендер квартала «Чемпионов» проекта «Минск-Мир». Однотипные здания расположены беспорядочным образом без попытки сформировать что-то похожее на дворы, школа выходит на огромную магистраль и для ее пересечения заложены подземные переходы; дворы разделены парковками, которые расположены ближе к проезжей части, чем пешеходные пути.Источник: https://bir.by/page/real-estate/minskworld/quarters/kvartal-chempionov/

Б) Научиться строить новое и делать это хорошо — важно, но в каком-то смысле уже почти слишком поздно: Минск построен. Город, вероятно, достиг демографического плато, и его дальнейшее развитие в основном будет касаться дополнения и уплотнения. Однако и в этих темах возможны и нужны пилотные проекты. IBA_Минск могла бы быть посвящена дополнительной, оптимизирующей застройке. По сути, речь шла бы о разработке публично доступной и широко освещаемой библиотеки проверенных решений, которые минимизировали бы риск появления очередных градостроительных ошибок — и преступлений. Вот основные задачи, которые должен решать такой проект:
поиск оптимальных способов расположения общественных объектов в отдельных зданиях, пристройках и при реконструкции первых этажей; выработка стандарта на основе результатов;
определение способов создания для каждой жилой типологии (хрущевки, современные панельки, дома башенного типа и т.д.) уютных и управляемых дворовых пространств, которые бы четко осознавались как таковые местным сообществом;
разработка способов внедрения малоэтажной жилой застройки, которая улучшала бы среду и поддерживала устойчивый социальный состав населения;
разработка решений для размещения в сложившейся жилой застройке паркингов и плоскостных парковок, которые не разрушали бы среду;
определение проектных и организационных решений, которые позволили бы реализовать потенциал школы и детских садов, а также их территорий в качестве полноценных спортивных и общественных центров кварталов.

Общие выводы

Архитектурные и градостроительные инновации — это часть куда более широкого диалога о возможностях и способах достижения прогресса в обществе; именно в таком качестве они должны восприниматься и оцениваться. Ошибочно обсуждать инновации исключительно в архитектурных или девелоперских кругах. Только открытый междисциплинарный диалог может определить наилучший — и самый справедливый из доступных путь вперед. Здесь возрастает роль брокеров знаний (knowledge brokers) — посредников, медиаторов между дисциплинами и социальными группами; и навыки такой медиации ещё предстоит серьёзно усовершенствовать — как «у нас», так и «на Западе». Сами ІВА сегодня подвергаются переосмыслением себя, всё больше двигаясь в сторону широкого общественного диалога и распространения знаний. В белорусской практике необходимо переосмыслить не столько желаемые результаты развития города, сколько организацию процесса их достижения. Разница между «нами» и «настоящей Европой» должна пониматься не через отдельные артефакты (строения, площади, объекты инфраструктуры), а через отношения и принципы действия. Можно учиться организовывать процесс аналогично западноевропейскому и при этом не обязательно слепо копировать его отдельные продукты.

Главное не быть как гномы из Южного парка!

Как не должна выглядеть теория изменения в городе (а часто выглядит!).Источник: Серия Южного Парка «Гномы»