Дмитрий Бибиков


Проблемы официальной коммуникации — реконструкция хрущёвок — новые уплотнения — транспортные радости — рейтинг городов Беларуси и что он упускает

Доброй пятницы, урбанисты и урбанистки!

Начнем этот обзор с проблемы коммуникации. Взгляните, каким языком рассказывается о трех общественных обсуждениях в Октябрьском районе Минска. Обороты и выражения из этого текста знакомы до боли, но не делают его понятнее. Пожалуй, полезнее сравнить официальную коммуникацию в Беларуси (да и почти везде, не зря сейчас мода на эксплейнеры — объясняющие видео и статьи) с тем, как принято общаться со своими клиентами в сфере широко понятого IT.

Когда вы последний раз смотрели на то, как выглядит «изнанка» вашего компьютера (код и командные строки, знакомые нам по картинкам из «Матрицы»)? Скорее всего, очень давно, поскольку этим занимаются программисты (и фанаты Линукс) — всем остальным достается продукт работы UX-дизайнера (user experience), в котором код переведён в понятный обычным людям интерфейс. Было бы очень неплохо, если бы в госслужбах специальные отделы официально и точно переводили законодательный «код» на язык широкой публики. Это не так просто, поскольку такой перевод должен сохранять всю устойчивость и связность текста закона. Но без него про доверие общества к официальным текстам можно забыть: канцелярит невозможно трактовать двояко, поскольку невозможно трактовать вообще никак.

Минск инвестирует

Особенно хорошо проблема коммуникации заметна в статье агентства «Минск-Новости», посвященной инвестиционному плану Минска на 2019 год. Для сравнения рад поделиться аналитическим разбором той же темы, проведенным Андреем Карпека в журнале платформы. Разумеется, речь о двух разных по формату материалах, но и от официальной статьи хочется понятности и доступности.

Реконструкция «хрущевок»

Подобным же криптоязыком сообщается об ином важном событии для жителей города, а именно о радикальном изменении в концепции реконструкции «хрущевок». Любопытным образом у нас эти проекты называют «капремонтами»; прежде в городе было всего несколько таких проектов. На вид они привлекательны, а наличие лифтов однозначно делает их более удобными для стареющего населения города. Однако как раз пожилым труднее понять, почему на склоне лет они должны терпеть пару лет стройки в собственном доме.

В то же время, после проведения реформы ЖКХ стало неясно, кто именно координирует процесс реконструкции; и программа остановилась. В данный момент предполагается, что привлечение частных средств и инициатива позволят реализовывать такую хлопотную операцию на «живых» домах. Возможно, частью решения станет более современное строительное производство, а именно увеличение доли т. н. «сухих» процессов (не связанных с замешиванием раствора) и более широкое применение префабрикации.

Отдельно прокомментирую тот факт, что реконструкция будет проходить «с уплотнением». Не факт, что в нынешних хрущевках живет и половина людей, что жила после строительства, поскольку средний размер домохозяйства в городе и стране постоянно снижается. Рост числа людей среднего достатка после реконструкции в подъездах, домах и кварталах однозначно полезен для социального здоровья города (ведь он сдерживает массовое обнищание и маргинализацию). Надеюсь, инновации в процессе реконструкции не сведутся к тому, что основным исполнителем вместо городской администрации (а она даже в реалиях РБ хоть как-то подотчетна обществу), станет застройщик (от которого чего-то добиться куда сложнее).

Впрочем, в наших условиях возможен и сценарий, когда администрация попытается «заманить» застройщика в дело и после сбросить на него всю вину. Любой из этих сценариев приведет к появлению еще одного непогашенного конфликта. Даже если в чём-то недовольство (части) жильцов необоснованно, то игнорирование их мнения явно не повысит их доверия ни к власти ни к бизнесу. В планировании реновации особенно важны медиация и прозрачность процесса, а также максимальная ясность в вопросах совместного владениями домами, финансирования капремонтов и, в конечном итоге, (отсутствия в Беларуси) самоуправления.

Наконец, интригует перспектива сравнения всей ситуации с программой «реновации» хрущевок в Москве. С одной стороны, в Минске она хотя бы действительно включает в себя преобразование существующих домов (а не их снос). С другой же, в Минске есть проект, полнностью аналогичный московскому в плане насильственности процесса, тесной связи между девелопером и администрацией города, а также итоговой «градостроительной полезности» проекта — речь о сносе и редевелопменте частного сектора, который не прекращается в столице Беларуси.

Уплотним неуплотняемое

Впрочем, есть у нас и своеобразные проблемы. Так, выяснилось, что жилой комплекс Вог возле парка Челюскинцев, и без того в два (!) раза более плотный чем среднегородской, оказался ещё плотнее! Эта новость даже не удивляет, но гораздо интереснее, как в её контексте воспринимать сообщение о намерении ужесточить требования к эмитентам жилищных облигаций (читай: застройщикам). Приведет ли это к какому-то значимому изменению на рынке и коснется ли проектов «Даны» — увидим. Одно “немножко положительное” изменение можно отметить как раз в рекламе этой «компании»: теперь она, по крайней мере, врёт людям не про гондолы, а про хорошие для жизни вещи, такие как дворы без автомобиля. Наконец, выяснилось, что площадь рекреационной зоны возле заказника «Лебяжий» сократят на 25 га. В содеянном пока никто из застройщиков не признался.

Тихой сапой идет застройка прежде неприкосновенных сельскохозяйственных угодий Минска — хотя формально в наших условиях это более простая для ведения застройки ландшафтно-рекреационная» зона. Хотя начался этот процесс не вчера, мы, кажется, стали забывать, какого шума наделало введение этого запрета в 2010 году. Честно говоря, с тем, каким монструозным комбайном выглядит большая часть строительного комплекса города, становится все труднее видеть нюансы застройки отдельных его частей, будь то бывшее поле сурепки или поросший кустарником несостоявшийся парк.

Новости транспортного цеха

Есть и хорошие новости: по словам председателя Мингорисполкома Анатолий Сивак, Минск ставит на развитие общественного транспорта; поставлена даже задача ускоряться в этом направлении. Хочется пошутить, что градоначальнику просто показали, какая городу грозит плотность застройки, но перспектива развития трамвайной сети всё равно радует. Тему продолжает приятно и читабельно описанная история развития трамвая в Беларуси и его перспективы от Беларускага ўрбаніста. По этому же поводу пора вспомнить про строительство третьей линии метро — ему посвящены репортаж TUT.by и обзор от метро-гиков.

(Анти)рейтинг городов Беларуси

Не так давно вышел рейтинг городов Беларуси от Idea.by, который был неплохо прокомментирован TUT.by. Это классное исследование, с которым обязательно стоит ознакомиться; особенно интересно будет со временем отслеживать динамику изменений. Однако важен не только список, но и то, что в него не попало — средние и малые города страны. Примерно 7,5 млн городских жителей Беларуси это двухмиллионный Минск, плюс 13 городов с населением от 100 до 500 000 и 9 с населением от 50 до 100 000. Эти города, в которых живут около 5,7 млн человек, и представлены в списке. За его пределами осталось примерно 1,8 млн (почти Минск!), в 12 городах с населением 25 000 — 50 000, 47 городах с населением от 10 до 25 000, а также всех остальных городах, население которых ниже 10000 жителей.

Условия жизни в этих городах, не говоря о деревнях (еще около 2 млн), у человека с живым сердцем могут вызвать только искренний ужас. По скромному мнению автора, жители этих мест находятся на территории перманентного экономического бедствия и при наших плотности населения, уровне развития и качестве управления никакая экономика там не может завестись, а потому гуманнее всего было бы систематически помочь переехать людям оттуда в Минский регион (между двумя кольцевыми) и другие крупные города страны, где есть возможность создать для них приличные рабочие места.

Этот процесс движется и сам по себе, но у него есть серьезный изъян: в умирающих городах и деревнях остаются последние, самые нищие и старые жители. Эти люди не смогут продать свои дома и квартиры даже за те гроши, что за них можно выручить сейчас, и будут вынуждены на новом месте начинать с нуля либо остаться. Это приведет к крайним страданиям живых людей, т.к. содержание на достойном уровне как бизнеса так и социальной инфраструктуры (скорые, почта и т.д.) при низкой связности коммуникации, плотности и потребительской способности населения просто невозможно. Нужно помочь условному Черикову умереть, чтобы иметь шанс дать его обитателям достойную жизнь.

Хотя регулярно слышны разговоры о том, что реформы спасут «глубокую провинцию» в стране, не ясно, как это может получиться в Беларуси в отсутствие притока иммигрантов и естественного прироста населения — ведь не особо получается в Польше и Германии при их более высоком уровне доходов и вложений (в 1,5 и 3 раза соответственно, если считать ВВП ППС) и значительно более высокой плотности населения (в 3 и 5 раз соответственно). Кивать на разницу между нашей и польской (немецкой) деревней абсурдно, важны именно относительные отличия внутри страны, существенные при локации капитала, а также выборе места учебы и жизни жителями. Разговоры о реформах в данной ситуации, на мой взгляд, будут неконструктивны, ведь будь они возможны в условном Черикове, они случились бы сначала в Минске и других крупных городах страны. Едва ли существует ситуация, кроме самой апокалиптической, при которой крупные города выиграют от самых крутых и продуманных реформ меньше, чем маленькие и бедные. Любая либерализация приведет только к тому, что из условного Черикова в условный Кричев можно будет добраться лишь пешком.

При этом, существует обширный (пускай и грустный по сути) опыт из развитых регионов и стран, в особенности Европы и Японии, где города теряют население и динамику уже десятилетия. Тема эта настолько обширна, что имеет свою большую статью на Википедии. В англоязычной термнинологии такие города принято называть shrinking cities. На континенте особенно остро эта проблема стоит на востоке Германии, где ситуация со schrumpfende Städte грозит настоящими проблемами буквально «завтра».

Надо понимать, что бывшая ГДР уже прошла через жесткое демографическое испытание сразу после краха местного коммунизма и воссоединения ФРГ. Образцово спланированное и реализованное «скорчивание» небольшого города Leinefelde было отмечено наградой Хабитат. Несмотря на вполне успешные и продуманные контрмеры последних тридцати лет, немцы снова стоят перед подобными вызовами, с той лишь разницей, что убыль теперь распределена неравномерно и в первую очередь касается малых населенных пунктов. Кажется, судьба сыграла с немцами злую шутку, и заставляет их продлить свою давнюю практику планировать смерть городов.