Автор: Надежда Царенок

Несмотря на всю нашу активную работу, у меня оставалось чувство, что что-то мы упустили, что-то не так в том, что мы делаем. Вроде бы у нас было практически все, чтобы спроектировать двор. Мы понимали, как расположить проезды, чтобы увеличить зеленую территорию двора, где разместить стоянки/парковки, отследили пешеходные пути. Знали всё про придомовую территорию и пешеходные дорожки. Раздобыли новую топосъемку с сетями, чтобы понимать всю картину. Сделали конверт теней для понимания инсоляции во дворе. У нас было набросано примерное зонирование, с которым мы были согласны. Но все же что-то было не так…

Пришла весна. Всем известно, что период наибольшей активности людей на улице – это вторая половина весны, лето и первая половина осени. Мы принялись за проект с конца сентября. И тут стало понятно, что же именно было «не так». Мы затеяли проектирование с участием пользователей, но ни разу не приехали и не понаблюдали за жизнью двора в течение нескольких часов. А это и есть один из важнейших инструментов партисипаторного проектирования, потому что наблюдение порой дает гораздо больше, чем мы можем предположить из нашего опыта.

Первое наблюдение мы провели с 7.20 до 8.30 утра.

Оказалось, что многие используют двор для транзита в школы. Двор лежит на границе пешеходной связи школ и детских садов с жилыми домами, поэтому многие школьники утром заходят в него, чтобы покурить. Удобно.

null

Многие идут на работу из разных подъездов специально через мусорку.

null

null

Огромный поток студентов идет в Минский институт управления. Если бы не наблюдения, то вряд ли бы мы об этом догадались сами, а учитывать это нужно. Студенты тоже частенько останавливались покурить внутри дворовой территории.

null

Были и просто жители домов, которые выходили покурить, но места толкового для этого у них нет. Похоже, что нет и урны, чтобы выбросить окурок.

null

Примерная схема после наблюдений была такова:

null

Благодаря наблюдениям стало понятно, что многие наши решения в проекте двора были не совсем правильными, и понять это можно было только через непосредственное взаимодействие с местом.